ИЗ ДОСЬЕ
Полковник милиции Владислав ЕРШОВ — выпускник Академии управления МВД России и Академии государственной службы при Президенте РФ. Защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Участвовал в наведении конституционного порядка на территории Северного Кавказа, в спецоперациях по освобождению заложников в Минеральных Водах, Буденновске, Первомайском, в культурном центре на Дубровке. Награжден орденом «За личное мужество», двумя орденами Мужества, орденами «За заслуги перед Отечеством» I и II степеней, медалями «За отвагу», «За охрану общественного порядка».
Огонь и вода
— Вы — человек, прошедший огонь и воду. А вот теперь еще — и медные трубы. Если можно, про огонь и воду поподробнее.
— Достаточно сказать, что у нас в подразделении шесть Героев России. Это уже показатель тех задач, которые мы выполняем. Больше 80 человек награждены орденами. С 1992 года, в период восстановления конституционного порядка, наша страна попадала в сложные ситуации. Северный Кавказ, борьба с бандформированиями, освобождение заложников... Мы решаем специфические задачи.
— Нетрудно догадаться, что под словосочетанием «специфические задачи» кроются задачи самые жесткие. Вы были непосредственным участником событий, с которых начинались все новостные программы?
— Разумеется. Наше подразделение участвовало в операциях вместе со специальным подразделением ФСБ. В целом, я думаю, характер выполняемых задач понятен?
— Понятен и конфиденциален. В общем, о самом интересном вы, конечно же, не расскажете? Я имею в виду те наиболее захватывающие моменты, о которых ФСБ велела никому не говорить...
— У нас нет такого, во-первых. У нас все открыто для прессы. А во-вторых, вы все своими глазами видели по телевизору и можете оценить качество нашей работы. В любом случае главное — результат. Наше подразделение участвует в международных тренингах, спецназовцев готовят для работы в разных климатических условиях — от Сахары до джунглей Амазонки. То есть ребята получают универсальную подготовку.
Всё хорошо
— Стало быть, вы такой человек, которого в принципе ничем нельзя удивить, восхитить, увлечь.
— Ну как это «нельзя увлечь»? Нам ничто прекрасное не чуждо (смеется). Но давайте лучше поговорим о людях, которые у нас служат.
— Подождите! Хотелось бы о вас лично. Вы же тоже все время на грани жизни и смерти.
— Знаете, мы только позитив выносим из таких ситуаций. Никак не можем вспомнить потом что-то плохое, страшное. Запоминаются только юмор, который спасает, и профессиональный интерес. Плохое надо забывать. Наверное, склад такой у спецназовцев. Вот для вас что является адреналином?
— Быстро ехать на машине.
— Очень хорошо. А теперь представьте: подходишь к вертолету с работающими винтами, группа по-боевому, с оружием, загружается и... летит в неизвестность. Испытываешь при этом такое наслаждение! Ненормальные, одним словом. Но это те, на ком держится наше Отечество. Ребята, может быть, незаметное дело делают, люди, по большому счету, и не должны знать тех задач, которые мы выполняем. Однако комфорт и удобство обеспечиваем. Ездите спокойно на своей машине.
— Адреналин постоянно присутствует в вашей жизни. То есть у вас нет потребности просто прийти домой, лечь на диван, почитать газетку, выспаться до «не хочу», с ребенком погулять? Такие обычные жизненные серые будничные вещи вас не привлекают?
— Я задавал себе этот вопрос и ответил: вряд ли. Столько проблем! Их надо решать. Но каждому офицеру, который к нам приходит, всегда говорю: «Главное — чтобы у тебя дома было все хорошо. Тогда я смогу рассчитывать на то, что и в работе у тебя все будет хорошо».
— А у вас дома все хорошо?
— Конечно.
— То есть... по традиции ничего не расскажете?
— Угадали (улыбается).
С шашкой — в детский сад
— А кем вы в детстве хотели стать? С бандитами планировали сражаться?
— Я окончил энергетический техникум в Челябинске и успешно поступил в политехнический институт. Потом ушел в армию и там понял, что мне нужно себя попробовать в ином качестве. Сначала родители направляли. А потом уже самостоятельно выбрал себе задачу, которая, видимо, была поставлена еще в детстве. По словам мамы, я почему-то постоянно маршировал, когда в садик ходил. Да еще пластмассовую шашку с собой таскал. Все так и получилось. Наверное, сама история нашей страны подсказала направление. Вы помните 90-е годы: Союз развалился, в обществе царила атмосфера конфликта...
— ...и тогда вы приняли решение посвятить свою жизнь борьбе с бандитизмом. А если вас спросят, кто вы по профессии, одним словом как ответите?
— Милиционер я. Просто милиционер. И горжусь этим. Надеюсь, что и дети мои тоже будут гордиться, что отец служил в милиции. Не нужно даже уточнять, в каком подразделении. «Милиция» — объемное, емкое понятие. Для народа, для страны просто необходимое. Не могу себе представить общество без милиционеров. Вышли на улицу — а никого нет из стражей, сами решайте свои проблемы. Во время революции единственными, кто не предал царя, были полицейские. Даже в смутное время они выполняли свои обязанности. Каста, оставшаяся верной присяге. То же самое о нас можно сказать. Мы свой народ никогда не продадим.
— Вот ведь какая штука: теперь-то вы, получается, не милиционер вовсе.
— В этом плане, конечно, интересный год будет. Переход милиции в полицию...
— Вы «за» или «против»?
— Стоит ли говорить, «за» я или «против. Решение принято. Слово сказали — дело сделано. Я надеюсь на светлое будущее. Высокопрофессиональное, социально обеспеченное. Надеюсь, настанет время, когда народ станет милиционерами гордиться. На каждом углу будут говорить: хорошо, что они у нас есть. Это была бы высшая оценка нашего труда. Хотя... как можно быть хорошим для всех? Кого-то спасаем, кого-то наказываем. Для законопослушных людей мы хорошие, для бандитов — плохие.
Самое страшное
— Вы ничего не боитесь в жизни?
— Ну как это «не боитесь»? Боимся. Мы и людей своих теряли. Я боюсь ходить с повесткой о смерти к родственникам. Один раз сходил — мне ситуация напомнила Великую Отечественную войну. Когда деды мои воспоминаниями делились, думал: да никогда меня это не коснется! Но коснулось. Знаете, это очень тяжело. Не воевать, ходить с повесткой. Получилось так, что у меня погиб офицер на Кавказе геройски. Он спас всю группу, взял огонь на себя. Молодой, здоровый, красивый парень, дочка в первый класс собиралась идти... Вся жизнь была впереди. Но он отдал ее за нас, за всех. Просто потому, что выполнил свой долг. Вечером с ним созванивались накануне гибели, а утром я уже шел с повесткой. Приезжаю в деревню в штатском. Меня его отец с матерью никогда не видели, но как только заметили вдалеке... Вы не поверите, какой дикий крик раздался! Они поняли все. Я представляю, как во время войны приносили похоронку почтальоны. Вот самое страшное. Вот этого я боюсь.
— Вы плачете?
— Мы все люди, почему нет?
— А героем вы себя ощущаете? Тоже ведь выполняете свой долг, жизнью рискуете.
— Нет. Это обыкновенная работа. Не более того. Такая же, как у вас. Вы выполняете свои обязанности, я — свои. Вы трудитесь на благо Родины, и я. Сейчас вот взяли у меня интервью, рассказали читателям. Может, какой-то пацан прочтет и скажет: «Это и есть дело, которым могу заняться в своей жизни». Будет здорово. А героями мы себя никогда не считали и не будем считать. Я всегда говорю: «Знаете, ребята, вы своим детям можете смотреть открыто в глаза. Не каждому дано попасть в спецназ, так же как и в космонавты». Это небольшая когорта людей, которые никогда афишировать себя не будут, но долг свой с честью выполнят.
Фото по-русски
— Думаю, сейчас мы убедили женщин в том, что настоящие мужчины, вопреки мифам об извечных российских пьяницах и тунеядцах, в нашей стране все же есть. Что таким мужчинам нужно для полного счастья?
— Мира им нужно. Мира и любви. Больше ничего.
— А бандитов мы когда-нибудь победим?
— Если проанализировать историю, всегда кто-то чем-то оказывался недоволен. Всегда найдется тот, кто смотрит по-другому на общепринятые вещи. Поэтому... мы будем всегда. Идеальное государство, увы, никому не довелось создать. Римляне очень старались — все равно не получилось. Существуют общечеловеческие ценности. Надо жить с Богом и защищать их. Кстати, о римлянах. В Колизее стоят легионеры, позируют. Туристы подходят сфотографироваться, легионеры делают захват головы, приставляют меч к горлу — готов эффектный снимок. Я смотрел, смотрел, думаю: «Ничего себе! Это он и мне меч к горлу приставит? Подхожу к легионеру, договорились сфотографироваться. В общем, скрутил я легионера после его попытки и меч забрал. Он кричит, дескать, нет, это неправильно, надо наоборот! «Правильно, правильно», — отвечаю. А главное, по-русски. Не нужно нас никогда за горло хватать.
Татьяна Строганова.
Специально для Медиазавода.